Читаем без скачивания Девушка из штата Калифорния - Зoя Eлисеева

Вернемся же к описываемым событиям. Музыка на свадьбе была хорошая, с профессиональным диск-жокеем, который лихо танцевал и прыгал. И весь зал, глядя на него. Особенно активными были латиноамериканки, подруги бестмена. Они были маленькие, смуглые, миловидные и очень подвижные. Я невольно взирала на них с высоты своих каблуков. Пить и есть, однако, было нечего. Видно, мормоны не хотят превращать еду в культ, даже если это свадьба сына. Правда, муж сказал, что были какие-то закуски, но почему-то быстро кончились. Были пепси-кола и лимонад и тоже быстро иссякли. Вода со льдом, правда, не кончилась и пили ее исправно. Воду здесь из крана не пьют, а специально покупают. Я хоть и едок хороший и на отсутствие аппетита никогда не жаловалась, но в ответственные моменты мне есть не хочется. Так что меня мало трогало отсутствие угощений. На одной фотографии невеста с огромными (от голода, может) глазами, жадно поедает поданную ей кем-то клубнику.

Поприсутствовав приличествующее случаю и моей обязанности подружки время, мы с мужем уехали домой, и быстро переодевшись, поехали оторваться в бар караоке. Ведь самым смешным было то, что свадьба была в день святого Патрика, это какой-то народно-исторический, с, ирландскими корнями, праздник, когда положено напиваться. Он бывает в середине марта, в воскресенье. Муж по этому поводу очень потешался, и мы потом много раз пересказывали всем друзьям, как это было смешно, в день Св. Патрика оказаться на трезвой мормонской свадьбе. Караоке – это самодеятельное пение в каком-то баре, пришедшее из японской культуры. Посетитель выбирает по каталогу песню, которую хочет исполнить. Включается музыкальное сопровождение, на экране ТВ показываются слова, и ты поешь в микрофон. Ты доволен, публика в восторге. Тот барчик караоке, куда мы иногда заглядываем, нам нравится по нескольким причинам. Мужу – потому что там нет мексиканцев. Он не может смириться с тем, что платит огромные налоги, а мексиканцы, десятками тысяч, работают нелегально. Они бегут сюда толпами, ведь Калифорния находится на границе с Мексикой. Еще в этом баре можно поболтать с народом и поиграть в биллиард. Мне там нравится, потому что я там могу общаться со всеми, с кем мне только угодно. Там меня уже знают как его жену и единственную русскую, ведь многие русских здесь, в южной Калифорнии, не видели вообще. Американцы очень приветливы и дружелюбны и с удовольствием общаются. Там никто не танцует, а только поют, но я быстренько решила исправить эту оплошность. Теперь, потихоньку, в наше присутствие, люди начинают расстанцовываться. Уж очень мне нравится, что муж что-то там поет тоненьким голосочком. У него голос-то нормальный, а как петь, так тоненький. Поэтому в такие моменты как-то хочется его морально поддержать. Я подхожу и начинаю пританцовывать в ритм песне. Оказывается, что и все не прочь потанцевать, а вот чего-то кокетничают сначала. «Ударим же русским танцем по американской неподвижности» – так наверно бы сказали в этот момент Ильф и Петров. Американцам тоже нравится со мной общаться, они находят меня экзотической. То же самое мне и муж сказал в начале нашего знакомства. И я тогда подумала, не сотрется ли экзотика брачными отношениями. Пока не стерлась. Русские говорят: «Тьфу, чтоб не сглазить!» – и плюют через левое плечо, а американцы в этих случаях скрещивают указательный и третий пальцы на одной руке. Так что в баре караоке я вдоволь практикую свои разговорные навыки с разным народом.

Хочу сказать несколько слов об американском чувстве юмора. Оно конечно не такое, как у нас, и не может быть таким. Для этого надо жить в русских условиях. А они живут в американских и очень даже отлично смеются над своими недостатками и над тем, над чем стоит посмеяться. Сначала, помню, я, как натура горячая, даже попрекала мужа, что он не понимает моих анекдотов. Даже чуть не рассорились один раз. Потом я сказала себе, что ведь это глупо. Мы ведь с ним из совершенно разных культур. И я перестала его пытать своими анекдотами. А вот посторонних людей можно, потому что это не грозит семейному покою. Конечно, не все анекдоты поддаются переводу. Например, ну как перевести такой, анекдот: «Мальчик-подросток на улице: «Дядь, а дядь, дай закурить! – А волшебное слово? – А в глаз?» Ведь тут и сигарет-то не стреляют. Там, где я живу, по крайней мере. Но в том, что у американцев присутствует отличное чувство юмора, могу ручаться своей русской головой. А тем, кто его не понимает, простой совет – вместо того чтобы зубоскалить, лучше пусть поучат английский.

Муж-трудяга второй день занимается своим бассейновым бизнесом. Мой студент не клюет. Я вешаю объявления о русском тьюторстве (tutoring, частном преподавании). Последний мой студент пропал 2 недели назад. Если работать вдвоем, то жить можно довольно-таки прилично. Для меня уровень приличия сейчас – это позволить себе побольше путешествовать по Америке. Я ведь невыездная еще месяцев десять. Может, иммиграционная служба, известившая меня об этом, хотела меня огорчить? Но ей это не удалось. Куда мне отсюда ехать и зачем? В мачеху-прибалтийскую столицу, или в Россию, где я никогда не жила, а только бывала проездом? Тут достаточно мест, где стоит побывать. Я ведь нигде почти не была. Только в Лас-Вегасе и Сан-Диего. Помните «Одноэтажную Америку» Ильфа и Петрова? Так они описывали там именно Сан-Диего в южной Калифорнии. Это красивый город, растянувшийся по побережью Тихого океана, в двух часах от границы с Мексикой.

Еще мне нужны деньги на учебу в университете для получения степени магистра, и на машину. Тогда, кажется, я буду иметь все, что нужно. Хотя, как и всем людям, всегда чего-то не хватает: «зимою лета, осенью весны». Но приятно хотя бы построить программу-минимум на ближайшее будущее.

А пока жаловаться грех, ведь условия, муж, и климат – отличные. От жары спасаюсь в бассейне, где и нахожусь в данный момент со своим блокнотом. Наблюдаю, как молодой человек с маленькой дочкой приучает ее к воде. Это американец, живущий в нашем комплексе. Апартамент-комплекс – это как бы городок, состоящий из двухэтажных, четырех-шестиквартирных домов продолговатой формы. Весь в зеленых газонах, цветах, пальмах и цементных узеньких дорожках. Американец, за которым я лениво наблюдаю, имеет достаточно экзотический вид. По количеству наколок, выполненных профессионально и в цвете на его мускулистом торсе, и «бритой под коленку» головой, он своим внешним видом не уступил бы ни одному крутому русскому криминалу-братку. А здесь – это просто дань моде. Кстати, с криминальным прошлым он не смог бы здесь снимать «апартамент». Я помню, когда мы оформляли бумаги при переезде сюда, как тщательно менеджер комплекса проверяла все данные мужа. Мой муж тоже отдал дань моде в виде наколки. На одном плече у него очень симпатичная Смерть с весами в руках. Он Весы по гороскопу. Как-то я слыхала тут в бассейне досужие разговоры, что американки не любят мужчин с наколками. А мы с мужем не любим таких толстых, от которых исходили эти разговоры. Как будто ей кто-то предлагает моего мужа. Кстати, мужчины тут очень скромные. Купаются и загорают все сплошь калифорнийцы в длинных спортивных шортах, типа старых русских добрых доисторических семейных трусов. Когда я мужу показала на какой-то картинке европейский пляж и мужчин в узеньких плавках, он сказал, что это противный вид, под «противным» явно подразумевая «недостойный мужчины». (Уже намного позже, прожив в стране несколько лет, я поняла, в чем настоящая причина. Мужчины с нормальной сексуальной ориентацией тут очень боятся быть перепутанными с «голубыми», оттуда и скромность в мужской одежде.) Так что в шортах «по колено, это считается очень симпатичный вид. Женщины-американки не такие скромные в одежде, они кто в чем. Например, в купальнике практически «без попы».

Американская женщина вообще очень эмансипированная и независимая. Настолько, что и сама иногда этому не рада, и настолько, что мужчинам трудно найти себе пару. Мой муж мне часто говорит: «Ты такая вся неиспорченная, чистая, наивная», что, по-видимому, выгодно отличает нашу сестру от американок. Муж говорит, что они, с детства донельзя разбалованные своими папашами, и потом неизвестно чего хотят от своих партнеров. Здесь очень много неженатых до тридцати – сорока лет мужчин. В основном, вся молодежь старше семнадцати-восемнадцати лет сразу отделяется от родителей и живет отдельно. Снимают квартиры с друзьями. То есть условия позволяют встречаться с кем хочешь, сколько хочешь, и как хочешь. Проблемы «негде» у них нет (разве что только у подростков). Поэтому нет спешки в этом деле – нежелательных беременностей, ранних браков. Бывают, конечно, исключения, но я сейчас не о них. Один знакомый мужа по боулингу – симпатичный тридцатилетний американец, оказывается, вообще шесть лет не встречался с женщинами. К секс-меньшинствам он тоже явно не принадлежит, так как всегда оказывает мне всяческие знаки внимания. Я вначале думала, что у него «женщин куры не клюют». Мой муж, когда узнал, что у того нет никого шесть лет, так расстроился, что с горя выпил лишнюю кружку пива. Приехав домой с боулинга, он начал мне взволнованно рассказывать, что у того Майка шесть лет не было ни одной женщины. Я, конечно, тоже удивилась и подумала, что в России такое явление вряд ли встретишь. Моя подруга учила десять месяцев русский язык в Москве. Там у нее был русский «бойфренд». Его русская мама как-то сказала Лизе-американке: «Сколько тебе лет? Двадцать шесть? Пора уж, пора замуж-то». Это так в России считается. Здесь совсем другой подход к возрасту женщины. Вот они, плоды эмансипации! Выглядишь хорошо, моложе, и слава Богу. Никто никогда в жизни не ткнет, мол, замуж пора. Тут у всех незамужних бойфренды. Причем, хоть ему под семьдесят, а он все бойфренд называется (дословно «друг-мальчик»).